gall_anonimus

Оригинал взят у vincent_sklad в ванитас (vanitas)

Небольшая полянка в центре шумного парка казалась обителью мирового спокойствия. Чинно устроившись под солнышком старый голубь лениво клевал кусок булки. Молодые голуби с жадным вниманием смотрели на него и терпеливо ожидали начала рассказа.
«Итак, вы уже выросли настолько, что бы познать великую тайну нашего рода. Всю жизнь вы опасаетесь людей, живёте в страхе перед ними. Но понимаете ли вы, что в будущем только люди смогут давать нам пищу. Посудите сами – деревьев и плодов всё меньше, но всё больше полей с зерном. Думаю, для вас не будет открытием, если я скажу что люди давно уже работают на нас. Они возводят большие коробки, что бы мы могли вить там гнёзда, скрываются в них, и изготавливают пищу, которой делятся с нами. Посмотрите на них правильно – глазами господ, доминирующей расы. Нам необходимо собрать силы и единой голубиной силой раз и навсегда установить порядок, во имя великого Курлыка. Нас слишком долго притесняли. Мы не должны унизительно ждать пищу, мы должны получать её по первому требованию. Люди глупы и жестоки, они слишком заигрались, засоряют воздух, занимают слишком много места.. Некоторые их наших собратьев в неволе летают перед ними на крылышках, выполняют их поручения. Даже слышать ничего не хочу об этих изменниках. Да знаете ли вы, что есть места, где люди едят нам подобных. Они держат их в ужасных местах, и перекармливают.. В общем хватит! Заклевать и задолбать!!»
Воодушевлённые голуби разлетелись разносить эти идеи другим. Старик знал, пока он несёт этот бред, и даёт им иллюзию избранности у него всегда будет еда и самки.

Очередной окурок отправился с 13-го этажа. Не терпящие конкуренции ночные огни затмили его задолго до того, как он коснулся земли. Шум в голове и камень в сердце, от вина ли, травы.. а может от безысходности. ну, давай. Один шаг с незастеклённого балкона, и всё закончится, так просто, нужно решиться, давай же! Слабак!!
Мя-ау! Он резко обернулся. Смешной котёнок надрывался, жалостлитво, но отважно топорща вибриссы.
Ну, вот, бл..дь! Тоже мне человек и кошка, теперь я по сюжету должен забрать его домой, и он должен стать избавлением от всех забот. Ну что ж , это настолько же избито, как и вся моя жизнь. Хуже в любом случае не будет..
Кис-кис-кис! Котёнку не нужно было приглашения. он уже деловито обнюхивал штанину, и с видом собственника смотрел на парня. Легко подхватив доверчивое животное он неожиданно даже для себя взобрался на бетонный бортик балкона, и шагнул вниз. Холодный воздух, распахнутые глаза и ёкнувшее сердце, котёнок же довольно заурчал, устраиваясь поудобнее. Он не падал, он летел. Призрачные крылья легко держали его в воздухе, без труда позволяя маневрировать..
Маленький, уютный кошачий домик, клубок и искусственная мышка. Вкусный корм в миске и тёплый системный блок, где так уютно ремалось. Всё было хорошо. Но он всё реже брал котёнка на руки, и трепал маленькие серые уши, всё чаще голубые глазки всматривались в окно ночью, обеспокоенно, но уже без надежды дождаться.. Он прилетал под утро, валился спать, а проснувшись под вечер мог и не вспомнить о маленьком, преданном и любящем. Ему было не до этого. Он летал!. Но, увы, забыл благодаря кому.

Котёнок внимательно и немного грустно смотрел на мигающие машины. Врачи, милиция. Обезличенные люди, с жестокостью, так свойственно толпе, смотрели на некогда человека. а сейчас кучу фарша, соскребаемую с асфальта. Котёнок скоро отвлёкся на пролетающую мимо бабочку. он очень любил хватать их мягкими лапками. Вокруг был целый разноцветный мир, с цветами в клумбах, белками в парках, и воронами с каштанами в клювах. Ещё столько необычного и интересного! "Что ли снова податься в отшельник, пока не захочется найти себе хозяина" мелькнуло в крохотной беззаботной голове. Котёнок смешно сморщил мордочку , мотнул головой и принялся догонять почти сбежавшую было бабочку..

Пушистые и мягкие, как шерсть котёнка волосы безжалостно собраны в строгий, но эффектный пучок.
Немного голубых, задорных, как цветные карандаши, теней на веках.
Нос визуально сужен, кажется совсем маленьким, почти карликовым.
Румяна бешеными оранжевыми кроликами танцуют на скулах.
Увядшая было кожа после дорогостоящего ЛИФТинга снова гадкая и упругая..
Немного снежно-белого под глаза, чтобы те засияли.
Омолаживающий крем легко справлялся со своей задачей. Нано-частицы невидимыми роботами проникали в самые глубокие слои кожи.
Старость? Ха! Ты лично плюнешь в лицу тому, кто посмеет о ней упомянуть. Ты кокетничаешь, жеманно хлопаешь наращенными ресницами и лепечешь что-то о нескромности вопроса. Цепляешь на узкое лицо огромные, как у лыжников, очки от солнца, и тщеславно констатируешь, что тебя можно принять за 20-летнюю. Спускаешь взгляд ниже на дрябловатую, несмотря на косметику и усилия хирургов, шею, прикасаешься к ней суховатыми руками. Старость смотрит на тебя из зеркала.
Ты хрипловато смеялась «Все мужики одинаковы», корчила из себя бездушную суку, боясь, что к тебе потеряют интерес. Изгоняла теплоту в глазах, заменяя её бездушными льдинками. Ты всегда уходила первой и хочешь уйти теперь.. ах, да « как можно позволить мужчине смотреть на то, как ты увядаешь». Ты откладывала детей на потом.. условия не те.. мужчина не тот, финансы, возраст, отвисшая грудь – всегда находились причины. Работа – увы, ты слишком не любишь чужие правила – вольная наёмница, фрилансер, ага. Свободная как птица..
- Смотри – это Неуловимы Джо!
- Вау, его что, никто не может поймать?
- Нет, он просто на хуй никому не нужен!
Ты думаешь что будет эффектнее – яд, фен в ванной, пистолет..
Ты лежишь в красивой позе на кровати, тончайший шёлк обтягивает крепкую грудь, обнимает талию, едва прикрывает то место, где сходятся стройные ножки. Ты слышишь скрип открываемой двери, его шаги. Манерно глотаешь одну таблетку за другой, запивая вином из изящного бокала..
- Как ты меня заебала со своей говноэстетикой, честно. Хочешь, я сам тебя пристрелю? Хочешь умереть – вперёд! Открытый балкон и 14 этаж. Хочешь сочувствия, нежности, понимания – поговори со мной , а не ходи с отмороженным еблищем в надежде, что я прочитаю твои мысли. Хочешь восхищения и комплиментов- подними жопу, встреть меня, блядь, хоть раз, со вкусным ужином, свечами и в новом белье. ГОВОРИ со мной, не провоцируй, не намекай, не делай на зло, а ГОВОРИ. Вернусь через пол часа, ясно?

.. Совсем скоро шум за окном перестал раздражать. Удивление сменилось покорностью, она примерно понимала что будет дальше. Всё как в любимой сказке.. «Кстати вон она стоит, перечитать что ли, освежить в памяти» . Балансируя она подошла к книжной полке и достала томик «Волшебника страны Оз». В перечитывании не было нужды, она знала её почти наизусть. Из-под кровати жалобно заскулил боксёр тигровой раскраски. Выпятив и без того обвисшие губы, он жалобно, как только собаки могут, смотрел на хозяйку.



- Что дождались наконец, дожили, сделали это! –рука ободряюще скользила по гладкой шерсти. «Мы дождались этого, Тотошка! Наконец это свершилась. Когда я бросив всё переехала в Канзас и поселилась в этом трейлёре, сменила имя, все думали, что я сошла с ума, я же просто воплощала свою детскую мечту. И вот она сбывается окончательно!» . Пёс легко вскочил на кровать, устроившись в ногах хозяйки. Элли укрылась пледом, устроилась с книгой удобнее и уснула за чтением. Она знала что уснёт.



Проснулась отнюдь не от трелей птиц и звона колокольчиков. Проснулась она от холода. Как была в лёгком платьице и туфельках вышла из трейлера в заснеженную неизвестность. «И это Волшебная Страна?! У них же не бывает зимы. Где я , о боги, это так безрассудно, куда меня занесло! Лю-уди, кто нибу-удь!» Она громко ревела, подвывая ей вторил Тотошка.



Руки окончательно замёрзли, а Элли всё сидела на снегу. «Прикольно» - подумала она осознав, что больше не чувствует горячих слёз на ладонях «Руки отморозила на хрен, ничегошеньки не чувствую.. Что ли снеговика слепить.. о, Точно, если это Волшебная страна, то он обязательно оживёт».



Тотошка вбежал в трейлер. Элли включила калорифер, натянула джинсы и тёплый свитер. Красными от холода руками она стала лепить снеговика. Снег, пористый . рыхлый и влажный идеально накатывлся в шары. Когда ведро было на голове а морковка на месте носа угольки, заменяющие рот задвигались.



- Э-э?



- Привет! С Днём, и даже с Минутой рождения – поприветствовала Элли.



- Спасибо! А как меня зовут?



- Я назову тебя Снег. Тебе нравится это имя?



- Мне, в общем-то, плевать. Здесь всё стало апатичным мёртвым. Здесь есть ещё немного волшебства, что б предметы могли говорить, только никто не делает предметов. Мы никому не нужны.



- Но зачем так грустно, Снег? Я всю жизнь мечтала, я надеялась.. Я так хотела, и.. Что у вас тут твориться? Злые колдуньи? Мы их всенепременно победим. Я же Элли, я должна всем помочь. Вот ты, например будешь вместо Страшили, мы найдём смелого Льва и Дровосека.. или кого-нибудь на замену и отправимся всех спасать!



- Ты не слышишь меня. Поздно. Дорога ,вымощенная жёлтым кирпичом завалена отчётами и налоговыми накладными. Изумрудный Дворец снесли, и построили торговый центр. Твой инфантилизм никому не нужен. Повзрослей, наконец! Не нужно никого спасать. Волшебство никому не нужно, в твоём возрастном сегменте востребованы социальный статус, секс и деньги. И вообще..



Он не договорил. Элли с размаху ударила ногой прямо в центральный шар. Снеговик рассыпался.



-«Да идите все на хрен!» Подумала Элли, подливая коньяк в чай. Так тёплая одежда есть, продуктов на первое время хватит. Я вам покажу, как Волшебную страну загаживать, уроды! Некуда от вас спрятаться. Но ничего, не пропадем, правда Тотошка?

Накрапывал мелкий, противный дождик. Но ни сырость, не упавшая температура не заботила людей на кладбище. Их чёрные одежды отлично гармонировали с траурной промозглостью дня. Похоронный оркестр нарушал величие скорби мерзкой какофонией.
- Говорят, когда умирает хороший человек, небо плачет.. есть в этом что-то..
- Да ладно, люди умирают каждый день, везде. По этой логике выходит, что в солнечных странах намного больше подонков..
- Я вот только не могу понять, почему яма такая огромная? И вообще, какого чёрта мы сюда пришли. Или ты ходишь на похороны всех своих пациентов?
- Нет, не всех. Я лечил беднягу около шести лет, но так и не смог ему помочь. Клаустрофобия. Безнадёжно. Ирония в том, что он умер, застряв в лифте. Сердце не выдержала напряжения. Он возвращался со службы поздно вечером. В здании никого уже не было. Застрял. А утром его нашли уже мёртвым. Но знаешь что самое странное? В завещании, он пожелал, что бы вместо гроба, его положили в лифт. Всё таки демонстративный тип личности, даже из личной трагедии решил устроить перфоманс…
А он сидел на пушистом облачке, болтая ногами. Гармония, радость с нотками беспокойства об оставленных родных. Наконец ему было как никогда хорошо. Здесь не было зданий, комнат, стен и нависших потолков. А только небо, много чистого, переливающегося красками неба. И свободы.

-Полноте, милый. Хватит уже вашего всепоглощающего эоцентризма. Ужель Вы и вправду думаете, что эта комната, да и мы не реальнее Вашего воображаемого друга, сумасшедшего зайца Рыжика? Меньше доверяйте этому кинематографическому мусору.. Ишь Матрицу они сняли, упростив и испохабив концепцию солипсизма.. Да там, кроме как на сиськи Моники Белуччи и смотреть не на что, право же..
-О-а-о..
- Ой, только избавьте меня от этой протагоровой софистики.. Он как был носильщиком, так им и остался, тошно ведь. Весь этот релятивизм, отрицание объективности..
- Э-эи?
Что такое релятивизм? Что ж, снисходя к Вашей молодости, поясню.. хм.. на примере Рыжика.. Для зайца утверждение «Я люблю морковку», с точки зрения релятивизма неверно. Можно любить её наслаждаясь вкусом на солнечной лужайки, в компании сумасшедшей крольчихи, и ненавидеть, будучи забитым ею. Относительность познания, отсылка с ситуативной чувственности.. Впрочем Вам положено наслаждаться чувственным. Вся жизнь впереди. Дозированный, а главное, правильно понятый гедонизм, на мой взгляд, оптимальный способ существования. Когда удовлетворены базовые потребности, и не просто на уровне физиологии, но с задумкой, с толикой изощрённости, вот тогда можно и о высоком подумать - о душе, о Боге, самопознании.. Что есть аскеза? Сознательное отречение от плотского усугубляет желание, ибо запретный плод, как известно.. Что есть гедонизм – это когда ты не задумываясь удовлетворяешь плоть, тратя ментальную энергию по прямому назначению..
- Эиу-у?
- Ну уж нет, что вы! Какое эпикурейство? Эпикур призывал ограничивать себя во имя наслаждения, это та же аскеза, только скотская. Но, Боги, кому я это говорю.. Вам же не интересно совсем, вы же обосрались.. эх, снова Вам подгузник менять. Что ж Вы жрали такое, Николай Петрович?
О, Боги.. Как и большая часть информационно и этически наполненных разговоров этот лишён смысла. Бисер перед, простите, младенцами.. Вам же наверняка интересно поговорить о погремушках, обсудить последнюю серию мультиков. Позже одни игрушки сменятся другими – о приствках, потом о машине, потом о навороченном гробе. Однообразное перемалывание кто, зачем, с кем, почём .. Просто подставляй значения, соответствующие твоему времени и окружению. Ну да ладно. Без толку.. Вероятно мой преподаватель химии, стареющий сорокалетний дядька, смотрит на меня с тем же непониманием .Ну да ладно, заболтался я что-то. Пойдёмте, Коленька скорее в ванную, а то мне ещё уроки делать..

-Пшёл отсюда, скотина! - я швыряю книгу в непропорционально огромную, уродливую башку. Морщинистая масса деформируется в отвратительнейшую из улыбок. Книга пролетает сквозь него, притормаживает и аккуратно опускается на пол. Глаза, единственное от прекрасного в этом существе, смотрят чуть виновато, но иронично. Я подбегаю к шкафу, рывком достаю старую пыльную коробку.
- Вот вся твоя хрень, забирай, подавись, тварь! - в карлика одна за другой летят испечатанные листы, тетради.. Притормаживая, они собираются у его ног аккуратными стопками.
- Ну чего молчишь, ну прокляни меня, не знаю, возненавидь. Только вали отсюда! Я больше не могу жить с грёбаным персональным призраком. Это, между прочим, не английский замок. Это моя, пусть и когда-то, твоя, квартира. Ты сам всё оставил, признания и не хотел наверно. В цирк бы при жизни пошёл работать, что ли.. Прославился.. Ну кто тебе, морда обезьянья, мешал это опубликовать самому? – взгляд его грустнеет, в нём скачет по синусоиде, зло и бессилие.
- Ты здох, ты урод... Тебя больше нет, тебя бы серьёзно никто не воспринял.. а я жив, жив, понимаешь? И деньги и слава, я могу ими наслаждаться.. Ну хочешь, хочешь я возьму псевдоним. Типо, мы пишем в соавторстве. Человек и карлик, как тебе? Воронин и друг.. нет.. Воронин и недочеловек.. О, Большой и Малый Воронины?! – стопки бумаг у его ног резко перемещаются и многозначительно зависают надо мной. Я бегу в ванную, закрываюсь там. Ты скептично смотришь на меня, свесив ноги со стиральной машины.
- Ну что ты предлагаешь? Рассказать всем, что это не мои произведения, а найденные в кладовке старой квартиры? Или рассказать, что мне на ухо их нашептал призрак карлика?.. хм.. неплохой пиар-ход, кстати.. Гений, не талант, а именно гений, непременно несчастен,как ты при жизни. А у меня шанс, видишь? Идеальный шанс, никакой работы, никакого вдохновения. Куча отличных, продаваемых, интересных и тонко написанных произведений. И целая жизнь впереди.. ну убей меня, что ли. Будем двумя призраками являться следующему владельцу этого жилища, так ты хочешь?!
Взгляд карлика теплеет, он левитирует ко мне, обнимает маленькими морщинистыми руками. И в своей голове я чётко слышу не произнесённую вслух, а будто отпечатанную в мозгу фразу «Спасибо. Благодаря тебе не я, так мои мысли останутся». Уродец исчезает. Я плачу.

Я стучу карандашом по клавиатуре. Синий.
Пусть он будет синий. Как синяя панда по имени Тошнотик. Глубокий синий, как предзакатное море. Мудрый и выцветший, как глаза стариков Спокойный и размеренный.. вызывающий ассоциации со стабильностью, как логотип банка.. Нет, к чёрту банки, лучше про Тошнотика.
Тошнотик любил рисовать. Но не умел. Совсем. В его пухленьких лапках карандаш выглядел нелепо и трогательно. Он листал большие, вкусно пахнущие краской книги с картинами любимых художников. Он восхищался одухотворённостью произведений Сигнорелли, летящими, шокирующими правдоподобностью фактурами Гойи, нагромождёнными бликами Моне.. Вообще-то у Тошнотика были цветные карандаши, но не было таланта или даже самого заурядного умения.
В очередной раз огладывая свои творения, неуловимо напоминающие каракули детей, больных тяжёлой формой ДЦП, помноженной на мозговые расстройства Тошнотик осознал. Перед глазами ясно встала картина «Семь смертных грехов» Босха. «Адекватный человек никогда так не истрактует писание, да и реальность..» подумал Тошнотик пухленькими синими мозгами. От напряжения мозги стали обесцвечиваться. Перепуганный панда приоткрыл черепную коробку и подкрасил их голубым, навёл красные прожилки и продолжил думать. «Кажется Босх жрал плесневелый хлеб и его пёрло.. Вот оно!».
Тошнотик стал рыскать по клетке зоопарка в поисках грибов псилоцибов, но нашёл только заначенный на чёрный, как стержень его любимого карандаша, день, пакет сальвии.. « Где-то тут они росли» - не унывал панда. Искомые растения нашлись возле поилки. Обожравшись грибов Тошнотик стал ждать вдохновения.
Позже Тошнотик обнаружил себя в клетке зоопарка, обрисованной мужскими фигурами, вместо задниц которых были нарисованы жёлтые яблоки.
«Жопа» - понял панда. Разорвал простынь и стал скручивать верёвку.
«Жопа» - осенило Тошнотика и он сделал шаг со стула.
Его нашла Мария Фёдоровна, принёсшая бамбук. В петле раскачивался Тошнотик, а из задницы у него торчало 12карандашей